Берилловая диадема

«– Холмс,—сказал я однажды, смотря в окно, выходящее на улицу,—сюда бежит

сумасшедший. Странно, что его родные пускают его одного выходить из дому.

Мой приятель лениво поднялся со своего кресла и, положив руки в карманы своего

халата, стал смотреть через мое плечо. Было ясное, морозное, февральское утро и вчерашний

снег толстым слоем лежал еще на земле, блестя на солнце. Туда дальше к центру

Бэкер-стрита, езда экипажей обратила его в коричневую ленту, но по бокам и на более

высоких краях тротуара он был все еще так же девственно бел, как когда только что выпал.

Серый тротуар был выметен и выскребен, но был все так же опасно скользок; поэтому

прохожих в это утро было менее обыкновенного. Действительно, со стороны главной станции

шел только один единственный господин, странный вид которого привлек мое внимание.»