Modern Prose (Flauberium) 12

Герои рассказанных здесь историй – доктор химии Римского университета, физик-лазерщик, математики – жизнелюбивы и жизнестойки. Это сильные мужчины, «self-made men», делающие и уже сделавшие себя сами. Но вот каждому из них встречается та единственная, которая, независимо от быстро меняющихся стандартов красоты, олицетворяет Вечную Женственность – и кто-то пугается («Прыжки»), в ком-то просыпается бунтарь, отвергающий все «так положено» («Седер на Искровской»), а кто-то делит земной путь на «до Нее», «с Нею» и беспросветно одинокое «после Нее» («Жизнь между прологом и эпилогом»). И никто не удивляется тому, что, если в числителе условной дроби «Любовь» поместить ответы на «Как?», а в знаменателе – на «Зачем?», то дробь получается неправильной.Впрочем, чему ж удивляться, если «Как» описано во многих сотнях великолепных страниц, озвучено гениальной музыкой и воплощено великими кистями и резцами, а «Зачем?» взывает к простому и единственно верному: «А затем, что любовь».

Автор книги побывала в самых разных странах: Китае, Германии, Борнео, Испании, объехала почти всю Индию и Камбоджу, проехала на автобусах от Нью-Йорка до Лос-Анджелеса, Сан-Франциско, Сиеттла и обратно. Но ее повествование не о туристических достопримечательностях тех мест, пусть даже самых экзотических. Это рассказы – грустные и веселые, трагические и забавные – о людях, о судьбах, как правило, тем или иным образом связанных с нашей родиной. А если совершить возгонку, то в сухом остатке останутся истории «потерянного рая». Как безжалостно поступь времени, мощный цивилизационный каток рушит хрупкий мир.

Каждый рассказ Дмитрия Стахова сродни грому среди ясного неба. Возьмем, например, историю о Предыбайлове. Начинается она с будничного происшествия: героя, уволенного с работы и потерявшего вкус к жизни, окатила грязью машина бизнес-класса. Читатель уверен: дальнейшее повествование – разборки молодого человека и владельца авто. Ан нет, социальный конфликт разрешается, не успев начаться. Сюжет совершает неожиданный кульбит, и мы узнаем, что главной пружиной рассказа является конфликт мечты и действительности: жаждет Предыбайлов, оказывается, женщину, увековеченную в искусстве. Недостижимость идеала привносит в рассказ черты триллера, на который в самом начале и намека не было. А заканчивается повествование мистически, сказочно, с чудесами и флик-фляками. И так практически в каждом рассказе. А уж о сказках и говорить нечего! Но самое интересное – это не история, не мораль и даже не характер героя. Самое интересное у Дмитрия Стахова – это эксперимент, эксперимент с жизненными ценностями и с возможностями литературы. Посему «Коты и клоуны» – изысканнейшее блюдо для читателей-гурманов.В книге присутствует нецензурная брань!

Всем известно, как быстротечна жизнь. Дни, месяцы, годы листаются, как страницы книги, финала которой ты не знаешь, но в общих чертах догадываешься, что будет дальше.Иногда, особенно в молодости, мы подгоняем это неумолимое течение.Но наступает момент – его еще называют кризисом среднего возраста, – когда хочется остановиться, перестать безостановочно листать страницы, вернуться, вспомнить, осмыслить и переосмыслить все, что было.И тогда герои нашей книги жизни словно выходят на авансцену: друзья, с которыми мы видимся до сих пор, и те, которых забыли, женщины и мужчины, которых любили и которыми просто увлекались, те люди, что нас спасали, и те, что предавали. «Родное лицо» – как раз о тех, кто листает страницы вдумчиво и не спеша, стараясь восстановить в памяти малейшие детали, потому что знает: в этом и есть смысл нашей жизни.

Андрей – блудный сын, покинувший отчий дом ради познания жизни, – попадает в Брюссель. Европейские ценности привлекают его своим гуманизмом. Но, оказавшись в шкуре иммигранта, он обнаруживает, что декларация и реальное воплощение этих ценностей имеют мало общего. Европейский конформизм побеждает европейское гостеприимство, что вполне понятно. Но удивительно другое: человечность, сострадание, гуманитарная помощь, о которых так много говорится с высоких европейских трибун, порой оказываются фетишами, не имеющими ничего общего с реальностью, для иммигрантов, и редкостью – для самих европейских граждан. Любовь удерживает героя от возвращения домой…

Рассказы и повести Алены Жуковой запечатлевают случайности жизни, ее совпадения и странные рифмы. Перевешенный Шурочкой с видного места на елке ватный ангелочек (уж очень неряшливый) стал вехой несчастий в семье. Зато потом, после бурь и падений, Шурочка возвращается к жизни, вспоминая о нем. Лида, с усмешкой говорящая о покойнице, в тот же миг погибает, и удивившее ее блюдо «кутья» готовится уже в память о ней. Девочка на пляже, касающаяся ногами облаков над морем, сочиняет стихи. И, став взрослой, вдруг читает их в первых строках талантливого поэта. Откуда эта закольцованность? К чему судьбоносные повторы? Может, это Божьи сигналы? Его напоминание о том, что у всего есть причина и у всего – следствие? «Писательская профессия, конечно же, не сумма знаний и умений, в ней есть качество особого видения жизни, конструирования и сострадания. Все это есть в прекрасных рассказах Алены Жуковой». Людмила Улицкая «…мужская четкость письма – и женская тяга к иррациональному, к глубинному, к потаенным омутам и заводям Чувства. Это соединение в прозе Алены Жуковой поражает – и сразу притягивает к ее стилю». Елена Крюкова

В книге Алёны Жуковой соединяются восторг и ужас, нежность и жестокость, чудесное и обыденное, миф и документ. Потому что пишет она сказки. Для взрослых. Точнее – для внутреннего ребенка, который есть в любом из нас. Каждая сказка – роман в миниатюре, короткометражный фильм. «Они спустились к Рождеству» – о том, как два ангела, черный и белый, состязаются в борьбе за жизнь рыженькой официантки. «Два кольца, два конца» – о ржавых ножницах, изменивших жизнь одинокой женщины, от которой один за другим ушли муж, дочь и кошка. «Диван» – о судьбоносной подсказке советского дивана оператору Алешке Маркину, переехавшему в Канаду… Все истории Алёны Жуковой держатся на образе, потому что внутри него как раз и сконцентрирована та поэзия, без которой настоящая проза немыслима.

Николай – человек, начисто лишенный способности к чувствам, вынужденный лишь внешне соблюдать общественные нормы, подавляя свои инстинкты. Он – программируемый: достаточно завести, как «заводной апельсин», и он заиграет на нужный лад. Для Николая чужая жизнь – игрушка, да и своя – полушка. Что будет, когда с него сойдет покров социальных ритуалов? Каким он станет, когда обстоятельства потребуют реализовать его истинную сущность? Превратится ли он в зверя? Или из-под шкуры чудовища проглянет человеческий лик?

В один из майских дней он неожиданно понимает, что не только не хочет, но и не может больше совершать привычный для воскресных дней ритуал: ехать в магазин, делать покупки, тащить на свой этаж, раскладывать по полкам холодильника… И эта мелкая «невмогота» вдруг заставляет его пересмотреть всю свою жизнь. Он расстается с женой – надоела бессмысленность брака. Прощается с первой любовью – юность не воскресить. Порывает с друзьями – эти взрослые дядьки чужды и враждебны. Он подвергает ревизии самого себя – и не может понять, кто он… В поисках экзистенциальных ответов отправляется в Крым. И получает… новый вопрос. Герои этой книги находятся в точке, когда необходим новый выбор, выбор, чтобы жизнь перестала быть похожей на трамвайную колею.

Ивана изощренно втягивают в сети разветвленной и многоликой организации, деятельность которой связана с развитием духовного потенциала человека, но, как оказывается, далеко выходит за рамки личностного роста и коучинга. Юношу преследуют странные совпадение, и он не сразу осознает, что за эксперимент на нем ставят. Он чувствует себя измененным – «киноцефалом со свинячьей кровью» – и понимает, что попал в рабство. Как вырваться из этого ада? Бежать? Привлечь внимание общественности? Иван находит свой путь…

Только в России муж и жена могут расстаться из-за разницы в политических взглядах. Это стало очевидным фактом со времен революции 1917 года, не изменилось и сейчас. Вот и брак Татьяны и Семёна трещит по швам: по-разному относятся они к памяти о Великой Отечественной войне, к вопросам национальной идентичности, к патриотизму. В чем причина разногласий? В том ли, что Татьяна – учитель истории, который призван быть бесстрастным, объективным, верным буквам и цифрам, а Семен – кадровый офицер, для которого служение Отчизне сопряжено с долгом, полным и абсолютным приятием правоты Родины?

«Всё, что помню» – солнечная одесская проза, в которой соединяются дневниковая исповедальность, воспоминания об известных людях (В. Тодоровском, А. Журбине, Ю. Ковале, Л. Улицкой, В. Цое, Г. Сукачеве, М. Жванецком, М. Задорнове и др.) и художественный вымысел.«Книжку с таким названием мог бы написать каждый человек. Мне даже кажется, что каждый человек должен проделать такую работу рассмотрения своей жизни. Это не столько полезно, сколько необходимо: заглянуть в свое детство, пройти по пути взросления и рассмотреть свою жизнь повзрослевшими глазами, сделать открытия о своих близких и самом себе. Алена Жукова показала, как это делается. И сделала это с искренностью, бесстрашием и мужественной честностью».