Практика любви 28

– Данил… Вы что-то хотите мне еще сказать? – начала она, строго нахмурив брови, призвав на помощь весь свой преподавательский опыт. Он – парень, обычный парень, избалованный, привыкший получать все, чего ему захочется. Любой каприз. Сегодня его капризом была она. Вот только она не готова выступать в роли игрушки. Какие бы ни были у него мотивы – обломается. Она умеет разговаривать с такими. – Хочу.

Они не сводят с меня глаз. Не отпускают. Как тогда, год назад… Проигранный спор, обернувшийся неожиданно сладкой расплатой. И теперь они явно хотят… Продолжения. Хотят. Меня. Мы стоим по разные стороны коридора, нас разделяет толпа студентов. Очень много людей. Но мы одни сейчас. Я и мои Звери. Я разрываю зрительный контакт и тут же чувствую, что они приближаются. Они. Идут. За мной.

Татка едет за моей спиной, прижимается ко мне тонким телом, обхватывает ногами. А я завожусь. Дико. Непотребно. До красных пятен перед глазами. И не помогают мантры, которые раньше спасали. Уже не спасают. Уже год не спасают. С того прошлого проклятого лета, когда я поцеловал ее после выпускного. Я, Серега Бойцов, широко известный в узких кругах как Боец, бывший боксер, вполне успешный бизнесмен, нормальный, спокойный, солидный даже мужик, тридцати пяти лет. Поцеловал в губы восемнадцатилетнюю девчонку, только закончившую школу. Свою сестру. Свою сводную сестру. Которую нельзя трогать.

Это была случайность. Я подумал, что она – ветреная бабенка, она подумала, что я – насильник… В какой-то степени мы с ней оба оказались… ПРАВЫ. Я не могу перестать вспоминать нашу первую встречу, она – тоже. Вот только эмоции у нас разные. Она меня ненавидит, а я ее… ХОЧУ. И ее ненависть мне нисколько не помешает…

– Не торопись, малышка. Высокий черноволосый мужчина с хищным изгибом сексуальных губ придержал за руку испуганную девушку, рывком развернул к себе и впечатал ее в свою широкую мощную грудь. – Что вам надо? – с отчаянием спросила она, пытаясь вырваться, но безрезультатно. Жесткие татуированные пальцы сомкнулись на хрупком запястье, словно оковы. – Тебя, крошка. Твой папаша мне должен. – Нет! – она опять отчаянно дернулась, уже со слезами изучая надменное лицо своего мучителя, – нет! Он не мог, не мог, не мог… Последнее слово ей не удалось договорить. Мужчина наклонился и впился в ее губы властным поцелуем. Ноги девушки подкосились, и она…

– Ты думаешь, я не знаю, что эти козы решили тебе мужика подогнать? И ты это знала. И все же приперлась сюда. Вопрос: зачем? Ответ: за мужиком. Да? Она отрицательно машет головой, волосы разлетаются, прядка застревает в уголке губ. Я смотрю и глаз оторвать не могу. Злючка проклятая. Все нервы вымотала. За мужиком сюда шла, да? А вот нифига! Никакого другого мужика у нее уже не будет. Я об этом позабочусь. Она оглядывается, рвет запястье из моих рук, но бесполезно! Я резко дергаю ее в уголок, как паук муху. И с теми же намерениями. Сожрать. Жены моих друзей с чего-то решили, что мне нужна женщина. И начали меня «пристраивать». Но они плохо знают Коляна! Меня нельзя загнать в ловушку! Я могу попасть в нее только по своему желанию!

Это Россия. Только здесь, наверно, возможно ночью встретить сидящего на лавочке во дворе обычной хрущевки мужчину с тюремными татуировками, пьющего из горла элитный виски с дешевой колой и заедающего все это дело швейцарским (теперь я в этом уже не сомневалась) шоколадом… Невероятное сочетание. Дикий диссонанс.

Зря ты приехала, Веснушка. Сидела бы в своей Германии. Тебе спокойней. Да и мне тоже. Осталась бы в моей памяти веселой веснушчатой девчонкой, за которой я портфель таскал… Теперь ты другая. Красотка. Соблазн ходячий. И я другой. И Черным меня уже давно зовут без усмешек. А со страхом. Есть причины. Плохо, что ты приехала. Для тебя плохо.

– Смотри, он покраснел! Ага, рожа красная! Кто-то из шутников оказывается рядом, подхватывает меня за подбородок, поднимает вверх, чтоб все смогли полюбоваться красными щеками. – Смазливый, словно баба! – Ага, он щас заплачет! – Какого фига здесь забыл, школьник? – Я не школьник! Дергаю подбородком, вырываясь. Разворачиваюсь и, не глядя больше на наглых уродов, топаю к расписанию. – Он еще и задом виляет! Черт! Мне хотелось быть незаметной тенью. А вот ему очень хотелось узнать все обо мне. Хуже нет – попасть в поле зрения дерзкого хищника… Но меня угораздило. И как выбираться теперь – непонятно…

У капитана Зубова есть задание. Серьезное и нервное. Ему нельзя отвлекаться. Даже на девушек, сладких, как клубника. Пахнущих, как клубника. Отвлекаться нельзя. А попробовать хочется. Но у него задание. Как быть? Беда. Большая беда.

– Как ты здесь… – невольно отступаю на шаг, краснея под его жадным взглядом. – Работаю, – голос у него все такой же. Заводящий до дрожи в ногах. – Но ты же… – Мы никому не скажем, да, Клубничка?.. – он шагает ко мне и резко прижимает к стене… Моя практика – главный шанс на лучшую жизнь. В столице, в одном из самых крупных исследовательских центров нашей страны. И я его не упущу! Вот только мое прошлое настигает внезапно. У этого прошлого – невозможно широкие плечи, невероятно горячие руки, безумно жадный взгляд. А еще у меня от него дочь.

Она – моя проблема и мой заказ. Я должен доставить ее до места и сдать с рук на руки папочке. Вот только как это сделать, если с каждым днем все меньше хочется отпускать ее из своих рук?

Она приближалась, легко, словно ногами не касалась пола, рыжие кудрявые волосы отливали красной медью. Саван мягко подчеркивал высокую грудь и гладкие бедра. Штатив в пробирками звенел в такт движениям. На контрасте горели потусторонне зеленые, чуть раскосые глаза… Генерал смотрел, оглушенный зрелищем, завороженный. А женщина остановилась, не дойдя до него пары метров, и приветливо сказала: – Добрый вечер… Голос ее был низким, мурлыкающим… Завораживающим. Савин глянул в зеленые глаза, и пол закачался под ногами… – Простите, – спокойно продолжала мурлыкать женщина, – вы заблудились? Савин открыл рот, чтоб что-то сказать… И не смог. Женщина улыбнулась, а затем, чуть помедлив и мягко звякнув штативом с кровавыми пробирками, спросила: – Простите… А какая у вас группа крови?..

Папина принцесса не может быть грязной девчонкой… Да? Это мне только так повезло? Или… не повезло? Моя принцесса всем хороша. Красивая, богатая, нежная, страстная. Вот только… Не моя. Потому что она скоро выходит замуж. Не за меня. А я – ее грязный секрет… Шпион должен быть один. Он должен думать о задании, а не о дочери своего генерала. Иначе он рискует быть ПРИСТРОЕННЫМ… И совсем не так, как ему нужно…